» » Небесные ласточки: чего вы не знали о профессии стюардессы?

Небесные ласточки: чего вы не знали о профессии стюардессы?

3043090

Работу бортпроводницы воспринимают как нечто простое и очень гламурное: офис в небе, на высоте 10 тысяч метров, постоянные путешествия – словом, мечта. На деле все далеко не так радужно. Представляем информацию из первых уст.

К тебе приковано внимание пассажиров на протяжении всего полета



11.jpg

Никогда не забуду свой первый рейс в бразильский Сан-Паулу: пассажиры стояли и общались в проходах и у запасных выходов в течение всех 14 часов полета, при этом восемь из них наблюдали за тем, как я сидела в святой святых бортовой кухни и поглощала свой третий кусок пирога.

Примечательными оказались мой первый и последний полеты в столицу Бангладеш, Дакку. Тогда я буквально застряла в проходе с шестью грязными подносами, которые еле держала в руках. Проход был закрыт – пять мужчин молились прямо на полу, расстелив одеяла, а восемь человек столпились у туалета позади меня.

Пассажиры, которые не знали ни слова по-английски, постоянно окрикивали меня: кто-то хотел еще сока, а кто-то просил одеяла. Помню, в тот момент я подумала, не на такую работу я нанималась.

Единственное место, где существует личное пространство, - это кабина пилотов, но даже их рабочие условия поистине уникальны. Только представьте, приходишь на работу, а тебя запирают в маленькой комнате с незнакомым тебе человеком на весь срок полета. Многие пилоты рассказывали, что постоянно просят бога о том, чтобы их напарник по рейсу не был ужасным занудой и не переживал кризис среднего возраста.

Если одна мысль о дурно пахнущем соседе по креслу вызывает в нас омерзение, то подумайте, каково пилоту. Пока вы будете смотреть свои три фильма подряд и есть картонную еду, пилот берет на себя ответственность за жизни 300 пассажиров и второго пилота, который до первой встречи во время инструктажа был всего лишь именем в формуляре.

Ты просыпаешься и едешь прямиком на работу



10.jpg

Когда приходится жить на борту, очень трудно привыкнуть заводить свой будильник на 11 вечера, чтобы успеть на 12-часовой ночной рейс, и заставить себя лечь в кровать до обеда, когда все твои друзья только готовятся к походу на вечеринку.

Но самое тяжелое и ужасное – это приспособиться отдыхать в отсеке для экипажа – месте, которое мы, стюардессы, в конце концов обожаем настолько, что готовы сидеть здесь до самого пункта прилета.

Отсек для отдыха экипажа – это спрятанная в корпусе самолета откидная койка-кровать, где нам разрешают вздремнуть на рейсах, длящихся более 9,5 часов. Здесь очень темно и, может быть, страшновато. Только представьте, стюарды и стюардессы лежат здесь впритык, один над другим, а койки настолько малы, что тебе едва удается лечь на спину и протянуть ноги.

Тем не менее, когда ты работаешь на ночном рейсе и старший бортпроводник разрешает команде чуть-чуть отдохнуть от пассажиров, ты сделаешь все, что угодно, лишь бы попасть в драгоценный закрытый отсек. Засыпаешь на самолете поразительно быстро, а уж какие нам снятся сны... Зато пробуждение будет внезапным и резким. В общем, не обольщайтесь.

Примерно за 10 минут до нашего появления в проходе салона с сияющей улыбкой на лице и с теплыми круассанами для недовольных (только что пробудившихся) пассажиров к нам в «сонную капсулу» заглядывает коллега (кстати, впервые вы встретились во время инструктажа за 8 часов до этого) и неделикатно будит ото сна.

Потом мы выходим из отсека для экипажа, чтобы попробовать протолкнуться в свободный бортовой туалет (если такой есть), снять свою пижаму и надеть униформу.

Как правило, на то, чтобы забыть сон про Брэдли Купера (или другого красавчика) и начать предлагать пассажирам чай и кофе, хватает 10 минут. Я как-то размышляла об этом, и мне кажется, что только пожарным, врачам скорой помощи и стюардессам приходится так стремительно перевоплощаться и быть готовым общаться с людьми.

Отныне твой офис – это проход самолета



2.jpg

Об этом как-то забывают сказать, когда проходишь пятидневное собеседование, во время которого тебя просят назвать все тату на твоем теле, подписать обязательство сохранять естественный цвет волос и пройти психометрический тест.

На протяжении всего полета тебе придется находиться на виду у 300 скучающих пассажиров, которые знают – у тебя можно бесплатно поесть. А ты и твоя тележка будете находиться в плену у прохода и точного графика обслуживания, который, кстати, постоянно меняется в зависимости от загруженности бортового туалета.

Если пассажиру нужно «пройти мимо тебя», ему плевать на твой график. Как пассажир, я понимаю, насколько может быть утомительно сидеть весь рейс в кресле. Но как член экипажа, осмелюсь сказать, что нам нужно одно – как можно быстрее обслужить пассажиров, и нам плевать, что вам хочется размять ноги.

На самолете никуда не спрячешься (кроме отсека для отдыха и кабины пилотов), и если вы не хотите, чтобы люди следили за каждым вашим шагом, то эта работа, скорее всего, не для вас.

Твои коллеги постоянно меняются



8.jpg

Экипаж самолета получает уникальный опыт межличностного взаимодействия: каждый раз, приходя на работу, ты встречаешь разных людей. Когда я летала на самолете международного класса, численность экипажа составляла 35 человек, шансы встретить кого-то знакомого были ничтожны. И так всегда – ты знакомишься с коллегами по рейсу в Рим во время полета, танцуешь с ними на улицах «Вечного города», а потом прощаешься навсегда.

Большинство людей приходят на новое место работы и месяцев через шесть начинают ненавидеть Машу, которая слишком много болтает и очень громко чавкает. Стюарды и стюардессы учатся дружить на борту – такая дружба значит все и ничего одновременно.

Теперь ты – и официант, и врач, и пожарный, и психолог, и уборщица



1.jpg

Когда я поступала учиться на стюардессу, я мечтала о тех местах, куда полечу, и людях, с которыми познакомлюсь. У меня в голове и мысли не было о тушении пожара или искусственном дыхании пассажиру.

Самое важное, о чем мы едва ли задумываемся, когда становимся стюардессой, и о чем, кстати, не думала я, состоит в том, что здесь, на борту, мы не можем вызвать «Службу спасения», я единственный человек, которого научили помогать пассажирам, и только я несу ответственность за более чем 300 жизней.

Если честно, до того как пройти наш шестинедельный курс техники безопасности, я никогда по-настоящему не верила в то, что, когда люк закроется, я стану всем, чем угодно, - врачом, психологом, пожарным и барменом. Именно я буду делать вам искусственное дыхание, если потребуется, тушить пожар, принимать роды и даже, не дай бог, разбираться с террористом.

Хочу, чтобы пассажиры думали и ценили это превыше всего. Особенно я обращаюсь к тем, кто, глядя на меня, думает, что мне не хватило ума выбрать более интеллектуальную профессию, или тем, кто закатывает глаза, потому что я не смогла принести им колу во время демонстрации техники безопасности.

Хотя на первый взгляд кажется, что главная задача бортпроводников – это обслуживать и создавать максимально комфортные условия во время полета, мы единственные люди, которые знают, как открывается люк самолета и как эвакуировать пассажиров в случае экстренной ситуации.

Источник